Волонтеры Хаоса - Страница 187

187

Он чувствовал, что это был их последний перелет. Ни один частный перевозчик при всем желании не сможет прыгнуть вон из гравитационного колодца.

Как и в предыдущий раз, эйфория быстро прошла.

Кристаллосхема погрузилась в недра тайника, где уже лежала ее родная сестрица, Чаша и рог.

Глядя в иллюминатор, Сильвер призадумался.

В том, что с эльфами будет куда сложнее, нежели с людьми и гномами, вместе взятыми, сомневаться не приходилось. Киллер страстно желал очутиться в сердце Монархии, почувствовать себя резидентным Злом, но одновременно страшился этого так, как уже давно ничего не боялся. Он пытался заглянуть в будущее, нащупать хоть что-нибудь – тонкую ниточку, отголосок будущих воспоминаний, – все тщетно. Тишина и пустота. Всего несколько раз за всю свою жизнь темный эльф чувствовал, что он отнюдь не бессмертен.

Размышляя, Сильвер с удивлением обнаружил, сколь мало на самом деле ему известно о светлых сородичах. Черная ненависть, несомненно, прекраснa, однако в ряде случаев помощник из нее никакой.

Большинство светлых эльфов фантастически красивы, могут жить чертовски долго, терпеть не могут туристов, а также, пожалуй, разбираются в природе Зла много лучше самих Детей Ночи. Еще они строят прекрасные города, похожие на застывшие волны, выброшенные на берег океанской стихией; сочиняют поэзию, от которой даже Ксур мог расплакаться, словно ребенок; рисуют пейзажи, порой превосходящие красотой натуру...

Что же касалось мировой экономики, то эльфы умело лавировали по бушующему морю финансов, умело обходя мели и коварные рифы. Конвертируемость эльфийской марки более уместно было сравнивать с величавым скольжением небесных тел.

Тем не менее эльфы являлись древней, усталой расой, золотой век которой остался где-то на забытых книжных страницах. По мнению Сильвера, Монархия по-прежнему была достаточно сильна, чтобы стремиться к мировому господству, однако сами эльфы, по-видимому, так не считали.

Но все это были общеизвестные вещи.

Если образ мыслей типичного гнома был схож с кувалдой, стучащей по наковальне, то сознание эльфа в этом отношении напоминало мощное электромагнитное поле. Когда-то у Сильвера было достаточно свободного времени, чтобы поломать голову над этой проблемой, однако ничего путного из этого так и не вышло. Ясно было одно – даже поодиночке они чрезвычайно опасны. Даже те, что никогда не ступали на поле брани и ни разу в жизни не видели темного командира.

Мориарти вывел на монитор карту Монархии, затем показал столицу. Белый Университет находился в дальнем пригороде и образовывал нечто вроде самостоятельной административной единицы. Компаньоны засыпали темного эльфа вопросами, но тот не знал, что им ответить.

Каждого интересовало что-то одно. Самым спокойным казался великан-людоед. Действительно, не все ли равно, что взрывать?..

Сильвер не сомневался в том, что Валлидратис уже успел озаботиться смертью своих тайных коллег. То, что он затаился и лег на дно, было еще не самое страшное. Основная опасность заключалась в том, что Хранитель мог попытаться уничтожить последнюю кристаллосхему. В этом случае темный эльф собирался захватить его и пытать до тех пор, пока...

– ...бледнокожий ублюдок не согласится сделать новую. – Сильвер кровожадно ухмыльнулся. – Не думаю, что это невыполнимая задача.

– Каким образом, интересно, – проговорил Робинс с набитым ртом, – ты собираешься разговорить МАГА? Не ты ли рассказывал, что этот фанатик способен остановить собственное сердце?..

– Наверное, я, – признал Сильвер, затем кивнул на Эйниту. – Тогда ему остается еще и продырявить собственную голову. Что скажет мадемуазель?

Колдунья пожала плечами:

– С ЖИВЫМ эльфом мне связываться недосуг, я всего лишь недоучка. Поэтому можете принести одну голову. Главное, чтобы мозг не был поврежден.

– Не стоит совершать опрометчивых поступков, – подал голос Мориарти. – Если бы знать точно, когда и где он окажется в Сети, я заставил бы его развязать язык.

Киллер покачал головой:

– Ему должно быть известно, что с нами работает кто-то чрезвычайно способный. Если белый маг и любил в свободное время побродить по массивам, теперь он этого наверняка делать не станет...

Постепенно беседа перешла в стадию коллективного совещания, когда каждый – включая Ксура с Долтуром, – спешил высказать собственное мнение. Сильвер при всем желании не мог почерпнуть из всеобщего гомона ничего полезного. То, что никто не жаловался, обнадеживало и настораживало одновременно; каждый понимал, что поезд скорее пойдет под откос, нежели откажется от встречи с легендой.

Как бы там ни было, строить предположения при явном дефиците информации не имело смысла. Поэтому киллер счел за лучшее отправиться на боковую. Сон его был рваным и неглубоким, словно вода в скалистой лагуне.

* * *

В Эльфийскую Монархию они прилетели вскоре после полуночи. Столица простиралась под фюзеляжем россыпями холодных враждебных огней. Они сверкали и кололи глаза даже через темные стекла очков. «Свет, – с ненавистью подумал Сильвер. – Даже Ночью – только Свет...»

Еще на подлете их данные вяло запросила служба воздушной безопасности, затем с десяток минут было потрачено на радиоперебранку с диспетчерами, которых отнюдь не обрадовало появление еще одной переменной.

Взревев турбинами, самолет пошел на посадку.

Аэропорт был огромен. Несколько секторов, по мнению киллера, только подчеркивали дискриминационную политику Монархии. Три отгороженных сектора были предоставлены национальным авиакомпаниям, два – для иностранных. Один предназначался исключительно для самолетов, совершающих чартерные рейсы.

187